- Хорошо - сказал я - Как ты поживаешь?
Она, танцуя, отпустилась вниз и грудями прижалась к моему члену.
его голос звучал почти как голос незнакомца. - Да, все хорошо, но не оглядывайся.Отец изменил положение тела. Рука, только что лежавшая у нее на груди, отправилась куда-то еще; одно бедро Джесси поднялось вверх, приподнимая подол ее платья все выше и выше.- Папа, что ты делаешь?В ее вопросе не было страха, скорее удивление. Однако в самом тоне вопроса звенел страх. Над ней огненно сиял ореол странного света вокруг темного круга в небе цвета индиго.- Ты любишь меня. Сорванец?- Да, конечно...- Тогда ни о чем не беспокойся. Я никогда не сделаю тебе больно. Мне хочется быть ласковым с тобой. Просто наблюдай за затмением и позволь мне быть ласковым с тобой.- Я не уверена, что хочу этого, папа. - Чувство смятения росло. - Я боюсь опалить глаза. Сжечь сетчатку."Но я верю, - пел Марвин, - мужчина и женщина - лучшие друзья... и я привязан к ней... до самого конца".- Не волнуйся. - Теперь отец почти пыхтел. - У тебя есть еще двадцать секунд. Самое меньшее. Поэтому не волнуйся. И не оборачивайся.Джесси услышала хлопок резинки, но это были его шорты, а не ее; ее трусики были там, где им и полагалось быть, однако Джесси поняла, что если она посмотрит вниз, то сможет увидеть их - вот как высоко он подобрал подол ее платья.- Ты любишь меня? - снова спросил он, и, хотя Джесси охватило предчувствие, что правильный ответ на этот вопрос стал неправильным, ей было всего десять лет, и это было единственным ответом, который она могла дать. Джесси ответила, что любит."Докажи, докажи", - просил Марвин, понизив голос.Отец снова изменил положение, сильнее прижимая твердую вещь к ее попочке. Внезапно Джесси поняла, что это такое - это не ручка отвертки и не ручка отбивного молоточка, это уж точно - Джесси ощутила, как тревога k переросла в подозрительное удовольствие, имеющее больше отношение к ее матери, чем к отцу."Вот почему ты не хотела защищать меня", - подумала Джесси, смотря на темный круг в небе сквозь несколько слоев закопченного стекла, а потом мысленно добавила:"Мне кажется, это то, к чему мы оба стремились".Неожиданно изображение размылось, а наслаждение ушло. Осталось только все возрастающее чувство тревоги. "О Господи, - подумала она. - Мои глаза... должно быть, сетчатка начинает гореть",Рука, лежавшая на бедре, теперь медленно двигалась между ее ног вверх, пока не замерла на бугорке и не обняла его нежно и трепетно. "Папе не следовало бы делать этого, - подумала Джесси. - Это неподходящее место для его руки. Разве только...""Он шутит с тобой", - заговорил голос внутри нее.Впоследствии именно о нем, она думала как об Образцовой Женушке или Хозяюшке, это он частенько наполнял ее раздражением, иногда это был голос предостережения, но почти всегда - голос категорического отказа.Неприятности, требования, боль... все они могут уйти, если вы игнорируете их с достаточным энтузиазмом. Это была точка зрения Хозяюшки. Этот голос мог с непробиваемым упорством доказывать, что наиболее очевидные ошибки - все-таки вещи правильные, что это часть какого-то "огромного плана, который мы, смертные, не в состоянии понять. Настанут времена (особенно между одиннадцатым и двенадцатым годами ее жизни, когда Джссси станет называть этот голос мисс Пэтрц, как и свою учительницу в школе), когда ей придется затыкать уши руками, чтобы заглушить этот нервирующе убедительный голосок, - напрасно, конечно, так как он исходил из таких глубин, до которых она вряд ли могла дотянуться руками - но в тот .момент, когда страх уходил, небо темнело над западной частью Мэна и странные звезды горели в водах Черного озера, в тот момент, когда она догадалась (в каком-то роде), зачем находится рука отца между се ног, Джесси расслышала в нем только доброту и практичность и ухватилась за эти слова с паническим облегчением."Это просто шутка, вот и все, Джссси"."Ты уверена?" - мысленно возразила она."Да, - спокойно ответил голос - за годы, прошедшие после этого, Джссси выяснила, что этот голос почти всегда был уверен, неважно, ошибался он или нет. - Он считает, что это шутка, вот и все. Он не догадывается, что испугал тебя, так что не открывай рот и не порть чудесный день. Это не такое уж и важное дело"."Не верь ей, малышка! - возразил другой голос. - Иногда отец, ведет себя так, будто ты его девушка, а не дочь, именно так он ведет себя прямо сейчас! Он не шутит с тобой, Джесси! Он трахает тебя!"Джесси была почти абсолютно уверена, что это ложь, что это страшное и запрещенное дворовое словечко относится к акту, который невозможно выполнить одной рукой, но сомнения остались. Неожиданно испугавшись, Джессивспомнила, как Карэн 0'Койн говорила ей, чтобы она никогда не позволяла мальчикам просовывать язык в свой рот, а то может родиться ребеночек. Карэн сказала, что иногда это случается, но женщина, которой нужно вы-рвать, чтобы родить ребеночка, обычно умирает, умирает и ребенок."Я никогда не позволю мальчику целовать меня по-французски, -говорила Карэн.- Я могу позволить вознести себя на вершину блаженства, если действительно буду любить, но л не хочу носить ребенка в горле. Как же я смогу ЕСТЬ?"Тогда концепция такого способа беременности казалась Джесси настолько дикой и сумасшедшей, что даже очаровала ее-и кто, как не Карэн Коин, интересующаяся вопросом, горит ли в холодильнике свет, когда он закрыт, могла додуматься до такого? Теперь, однако, эта возможность снова предстала перед ней в своей таинственной логике. Может быть - только может быть - это было правдой? Если можно забеременеть от языка мальчика, если такое может случиться, тогда...К тому же твердый предмет все еще прижимается в ней снизу. Этот предмет, который не был ручкой от отвертки или отбивного молоточка ее матери.Джесси попыталась встать на ноги, это был жест противоречия для нее, но не для него. Он страстно вздохнул - болезненный, испуганный звук- и сильнее прижал пальцы к чувствительному холмику, спрятанному под тонкой тканью трусиков. Было немного больно. Джесси застыла неподвижно и застонала.Немного позже она поняла, что отец расценил этот стон как страсть. Как бы он это ни интерпретировал, это означало кульминационную часть всей странной интермедии. Неожиданно он изогнулся под ней, мягко подталкивая ее вверх. Движение было пугающим, но и странно приятным... от того, что он был таким сильным и мог так высоко подкинуть се. На какую-то долю секунды Джесси почти поняла источник происходящего: опасный и неуправляемый, как и то, что контроль над этим находится вне пределов ее возможностей - даже если она захочет контролировать ситуацию."Я не хочу, - подумала Джесси. - Я ничего не хочу менять. Что бы это ни было, это ужасно, пугающе и Страшно".Затем твердый предмет прикоснулся к ее ягодицам. Предмет, который не был рукояткой отвертки, конвульсивно сжимался, какая-то жидкость разливалась, оставляя мокрое горячее пятно на ее трусиках."Это пот, - быстро произнес голос, который когда-то будет принадлежать Образцовой Хозяюшке.
путана в москве заказать
v индивидуалки москвы
